"Пять" минус "два"?

Избирательный закон принят

Главным политическим событием не богатой на громкие «информационные поводы» минувшей недели стало принятие Верховной Радой закона «О выборах народных депутатов», сенсационно поддержанного оппозицией, включая БЮТ-»Батькивщину». Последнее нельзя не признать большим тактическим успехом власти, заслуживающей щедрой «пятерки» (по старой, более привычной для меня шкале).

Компромисс с оппозицией был достигнут без особых уступок со стороны провластного большинства (о сути внесенных изменений мы писали неоднократно, не будем повторяться), более того — получены определенные «баллы» и во внутриполитической игре. Успешно запущена очередная и весьма крупная «черная кошка» между оппозиционными силами, «крупняки» в лице «Батькивщины» и «Фронта перемен» легко пожертвовали интересами не столь рейтинговых партнеров, для которых поднятый до 5% проходной барьер вряд ли преодолим.

Но это сугубо проблемы Наливайченко, Костенко, Гриценко, Тягнибока, Кличко, которые и друг с другом не могут объединиться, и к каким-либо крупным силам присоединяться не хотят. И вот уже партия Анатолия Гриценко «Гражданская позиция» вышла из «Комитета сопротивления диктатуре». «Мы не видим никакого смысла участвовать в заседании КСД, потому что отдельные оппозиционные вожди решили превратить его в Комитет опоры диктатуры», — объяснил ее лидер (УНИАН). Ясно, что при таком раскладе финансировать избирательные кампании подобных карликовых партий станут только безумцы, коих среди украинских олигархов не наблюдается.

Кроме того, кампания в одномандатных округах даст хорошие поводы для того, чтобы показать обществу раздор оппозиции. Ведь зная наши традиции, просто фантастикой будет предполагать, что она сможет выставить единых кандидатов. Хотя такое согласование — повседневная реальность даже в странах, отдаленных от Европы. Например, в Венесуэле на последних парламентских выборах оппозиция, объединяющая широкий круг партий, выставила во всех округах единых кандидатов.

А если все-таки кое-где оппозиция и сможет таких кандидатов согласовать, этим также можно будет воспользоваться. Например, уже промелькнула информация, что «Батькивщина», «Фронт перемен» и более мелкие партии из оппозиционного лагеря готовы сделать своим единым кандидатом Олега Тягнибока в том округе Львовщины, где последний избирался в Раду в 1998—2002 гг. Ну и очень хорошо! Получаются не придуманные пропагандистами, а доказанные самой оппозицией формулы «Тимошенко = Тягнибок», «Яценюк=Тягнибок». И эти формулы сработают явно не в пользу сильных кандидатов от «Батькивщины» и «ФП» на юго-востоке.

В пользу «регионалов» может сыграть и появившаяся неожиданно норма о праве кандидатов в депутаты баллотироваться одновременно и по мажоритарному, и по общенациональному округу (партийным спискам). Она фактически делает нулевыми шансы на объединение небольших (как правило, созданных под одного политика) «помаранчевых» партий в общий проект под «брендом» одной из них.

Теперь их лидеры, делая главную ставку на мажоритарный округ, одновременно возглавят и список своей партии по общенациональному (без шансов на успех), исключительно чтобы получить дополнительную возможность для пиара (бесплатная реклама в СМИ) и позиционировать себя перед «основными» избирателями (в мажоритарном округе) как деятеля общенационального масштаба.

Такой прием, в частности, часто использовался в России, когда там действовала смешанная система выборов. Естественно, чем больше «оранжевых» партий будет в общеукраинском бюллетене (да еще с известными фамилиями во главе списка), тем больше будут распылены голоса оппозиционных избирателей.

Принятие данного закона таким большинством — это еще и убедительное выполнение главных пожеланий Венецианской комиссии (на чье мнение опираются все европейские структуры). Ведь что ставила ВК во главу угла в своем заключении? Чтобы закон о выборах принимался при максимальном консенсусе политических сил, ибо этот документ определяет правила политической конкуренции. И 366 голосов «за» означает поддержку закона более чем 80% депутатов, в том числе большей половиной оппозиции (документы, которые поддерживают все силы парламентского большинства, обычно получают 260—265 голосов).

Какой еще больший консенсус достижим по такому вопросу в стране с реальной многопартийностью? И если ранее существовала угроза, что Запад будет давить на Украину, изначально объявляя будущие парламентские выборы нечестными, потому что закон, дескать, плох, то теперь претензии могут появиться только в ходе избирательной кампании.

Что же касается принятия оппозиционных предложений в плане технической организации выборов, то оно ничем не ущемляет провластные силы, а как раз показывает, что эти силы хотят заблаговременно снять упреки в админресурсе и учесть разумные предложения зарубежных экспертов, в частности, Венецианской комиссии.

Впрочем, в одном случае большинство по инициативе оппозиции пошло вопреки этим предложениям. Речь идет о предоставлении всем субъектам выборов права легко менять своих членов комиссий. Однако в условиях, когда члены комиссий представляют широкий круг субъектов избирательного процесса, сценарий срыва выборов реализоваться не может.

Разумеется, не нужно думать, что оппозиция, поддержав закон как компромисс, не будет далее критиковать те его моменты, с которыми она не согласна. Разумеется, избирательная система останется объектом ее жесткой критики, и здесь надо держать наготове контраргументы.

В частности, напоминать обществу, что действующая система выборов непопулярна. Ведь согласно соцопросу, проведенному в августе 2011 г. Лабораторией законодательных инициатив и компанией TNS, ее поддерживали лишь 5,7% населения. Также следует обращать внимание, что предложенная законом система выборов соответствует европейской практике, в частности применяется в таких странах ЕС, как Литва и Венгрия. Только там кандидатов по мажоритарным округам избирают в два тура.

Кроме того, не стоит допускать укоренения в общественном сознании мнения о том, что повышение процентного барьера отсечет ряд партий от парламента. Напротив, использование мажоритарного компонента выборов увеличит партийное многообразие Верховной Рады. Ибо если у партии есть сильные лидеры, популярные в определенном регионе, они получат мандаты, независимо от результата списка. Это показывает опыт выборов и в Литве, и в Грузии.

Интеграция и дезинформация

Визит в Киев литовского президента показал, что отношения с Евросоюзом продолжают зависеть от дела Тимошенко. Слова Дали Грибаускайте, что «успех декабрьского саммита Украина—ЕС будет напрямую зависеть от решения в Украине ситуации с экс-премьером», — ясный намек на то, что то ли на этом саммите (а он должен пройти 19 декабря в Киеве) договор об ассоциации и ЗСТ вопреки ожиданиям не будет парафирован, то ли саммит не состоится вообще. Правда, из Брюсселя по этому поводу поступают не только такие, но и более оптимистичные для Киева сигналы. Однако здесь надо учитывать, что подобные сигналы могут как отражать естественные противоречия в Евросоюзе, так и являться способом запутывания украинской власти, игрой в доброго и злого следователя.

И совершенно правильной выглядит позиция официального Киева, прежде всего Президента Украины, который контратакует Европу требованиями включить европерспективу в соглашения об ассоциации. При этом посвященные в ход переговоров европейцы понимают, что это требование не ново, просто нынешняя власть говорит твердо и публично то, что прежняя говорила мягко и в основном кулуарно (это видно из недавнего интервью «Коммерсантъ-Украина» главы переговорной группы от ЕС Мирослава Лайчака).

Однако есть опасность, что еврофилы из властной команды могут оказать президенту медвежью услугу, побуждая его пойти на уступки и дезинформируя о реальных фактах интеграции в ЕС европейских государств. Так, менее двух недель назад «Коммерсантъ-Украина» со ссылкой на наших дипломатов говорил, что Киев готов отказаться от требования такой перспективы. При этом они указывали, что, дескать, в 1991 г. в соглашении ЕС с Польшей ничего о ее возможном членстве написано не было, и «Варшава приняла решение сделать одностороннее заявление о подготовке к вступлению в ЕС».

Посол Украины при ЕС Константин Елисеев сразу же опроверг (без указания на конкретные СМИ) информацию о том, что Украина отказывается от европерспективы. И возможно, слова дипломатов были искажены газетой как по части европерспективы, так и по истории отношений Брюсселя и Варшавы. Зная нашу прессу, исключать такой вариант нельзя.

Однако понимая, сколько в нашем МИДе сторонников евроинтеграции любой ценой, куда более правдоподобным выглядит другой вариант: газета ничего не искажала, а дипломаты допустили высказывания как не согласованные с руководством, так и явно неправдивые. Ибо на самом деле в договоре ЕС с Польшей 1991 г. (как и во всех других договорах), которые были заключены Евросоюзом с восточноевропейскими участниками расширения 2004—2007 гг., эта перспектива фиксировалась напрямую. В частности, словами из преамбул документов о том, что ассоциация поможет вступлению соответствующего государства в Евросоюз.

Это не единственный пример дезинформации. Ранее в интервью той же газете г-н Лайчак сказал, дескать, в соглашениях об ассоциации со странами Западных Балкан европейская перспектива не указывалась. В минувшую субботу подобную дезинформацию о государствах того региона повторило и «Зеркало недели».

Хотя вряд ли можно утверждать, что речь идет только о стремлении ввести общество в заблуждение. Ведь и во властных кругах, думаю, немногие знают нюансы недавней политической истории европейских стран. Тем более, когда речь идет не о таком соседнем государстве, как Польша, а об Албании и странах бывшей Югославии. Однако на сайте Еврокомиссии без труда можно узнать, что мотивировать реформы в этих государствах перспективой их членства в Евросоюзе комиссия решила еще в 1999 г., а в 2000-м ее в этом поддержал совет глав государств.

Неприемлемая риторика

В контексте политических игр Москвы и Брюсселя за влияние на Украину нельзя пройти и мимо сделанного во вторник заявления пресс-секретаря МИД Александра Дикусарова:

«Украина предлагает возобновить переговорный процесс с Российской Федерацией относительно распределения заграничной собственности бывшего СССР, в частности в формате двусторонних переговоров на уровне министров иностранных дел относительно передачи украинской стороне объектов недвижимости для нужд ее дипломатических учреждений», добавив, что соглашение между Украиной и Россией об урегулировании вопросов правонаследия, предусматривающее «нулевой вариант» (по которому Россия берет на себя все долги СССР, а остальные бывшие республики отказываются от своих претензий на какое-либо имущество СССР), не вступило в силу (не было ратифицировано Верховной Радой) и не может считаться правовым основанием для перерегистрации законного имущества СССР на Россию (СЕГОДНЯ).

Вряд ли специалисты нашего МИДа не понимают, мягко говоря, слабости такой аргументации. Ведь ст. 18 Венской конвенции «О праве международных договоров», в частности, гласит: «Государство обязано воздерживаться от действий, которые лишили бы договор его объекта и цели, если: оно подписало договор или обменялось документами, образующими договор, под условием ратификации, принятия или утверждения до тех пор, пока оно не выразит ясно своего намерения не стать участником этого договора». А ст. 25 дополняет: «1. Договор или часть договора применяются временно до вступления договора в силу, если:

a) это предусматривается самим договором; или

b) участвовавшие в переговорах государства договорились об этом каким-либо иным образом» (МИД РФ).

С точки зрения международного права, то, что договор об урегулировании вопросов правонаследия выполнялся и выполняется сторонами в течение полутора десятков лет, служит безусловным доказательством того, что стороны договорились о «его применении каким-либо иным образом» и заявления о том, что он не вступил в силу, некорректны.

Напомним: в 2009 г. Виктор Ющенко уже поручал 5 министерствам, СБУ и Службе внешней разведки провести анализ потенциальных последствий отзыва Украиной подписи под соглашением с Россией об урегулировании вопросов правопреемства внешнего государственного долга и активов бывшего СССР и рисков, связанных с его ратификацией Радой, но результаты «анализов» тогдашнее руководство страны явно не удовлетворили.

Впрочем, очевидно, что тему «правопреемства» украинская сторона поднимала только тогда, когда ей очень хотелось из каких-либо соображений максимально ухудшить отношения с северным соседом, ведь как козырь на переговорах по другим вопросам ее использовать невозможно — напугать тут Россию ничем нельзя, а любые попытки «играть мускулами» (тем более — фальшивыми) всегда приводили только к ужесточению ее позиции и более тяжким условиям для Украины.

Тем не менее то, что заявление Дикусарова санкционировано именно высшим руководством страны, мы считаем маловероятным. Ведь практически одновременно с пассажем мидовского чиновника президент сделал заявление, что «евроинтеграция Украины может быть «поставлена на паузу» (нет нужды подробно объяснять сегодняшнюю взаимосвязь евроинтеграции и украинско-российских отношений). И с этой точки зрения кажется весьма правдоподобной версия, что заявление пресс-секретаря МИДа является очередной попыткой «непримиримых» вызвать скандал в отношениях с Россией.

Ведь не секрет, что МИД является самым «оранжевым» ведомством и главным лоббистом евроинтеграции. Также есть информация, что провал «евроинтеграции» может привести к кадровым перестановкам на Михайловской площади, что, к слову, вполне соответствует вековой дипломатической практике при смене политического курса менять и проводящих его лиц. Если же заявление Дикусарова сделано по собственной инициативе, то его (заявление) следует признать свидетельством дикой некомпетентности «речника» МИДа и сделать соответствующие «оргвыводы».

Ставка на раскол власти?

А то, что западные страны активно ищут проводников выгодного для себя курса внутри или «вблизи» нынешней власти, наглядно показал еще один эпизод отчетной недели. 23 ноября Донецк с неофициальным визитом посетили министры иностранных дел Польши и Швеции Радослав Сикорский и Карл Бильдт.

Формальная причина их приезда — приглашение на матч Лиги чемпионов «Шахтер» — «Порту» (Португалия) от Рината Ахметова, но очевидно и то, что футбол лишь повод, поскольку ни польская, ни шведская команды в Донецке не играют. Скорее всего, это повод «ознакомиться с подготовкой Украины к Евро-2012, политической ситуацией в Украине и евроинтеграционными перспективами Украины», — признает пресс-служба МИД Польши (УНИАН).

Очевидно, что главным пунктом программы будут именно «консультации» с Ахметовым по интересующим стороны вопросам. Насколько этичен визит глав внешнеполитических ведомств в суверенную страну для переговоров (будем называть вещи своими именами) за спиной официальной власти с весьма влиятельным человеком, но формальный политический статус которого ограничен депутатским мандатом? Только ли возможности Рината Леонидовича передать руководству страны аргументы западных партнеров (для этого не нужен посредник) станут предметом бесед или будут обсуждаться и «другие варианты»?

Похоже, мы наблюдаем попытки расколоть властную команду. Приезд польского и шведского министров иностранных дел в этом плане выглядит весьма знаковым, особенно с учетом не раз проявлявшейся противоречивой позиции владельца украинского клуба и депутата от ПР.

Речь идет и о политическом кризисе 2007 г., когда, возможно, с его подачи в роли посредника между Ющенко и Януковичем пытался выступить главный лоббист расширения НАТО Брюс Джексон. И о событиях 2009 г., когда сначала группа Ахметова поддерживала идею «большой коалиции» в виде ПРиБЮТ, которая в случае реализации, скорее всего, подчинила бы бизнес-крыло «регионалов» Тимошенко, а затем владелец «Шахтера» многозначительно беседовал с тогдашним премьером на открытии «Донбасс-Арены». И наконец о сегодняшних настойчивых слухах о финансировании самым богатым депутатом от ПР и политического проекта Яценюка.

Возможно, мы сгущаем краски. Но, судя по всему, для многих политиков-»регионалов» явной неожиданностью стала жесткая реакция Европы на дело Тимошенко. Есть все признаки того, что эта жесткость заставила Киев корректировать политику в пожарном порядке, и понятно, что европейцы попытаются выжать максимум из подобной неожиданности, в частности, путем поиска соответствующих фигур в ПР, которые для начала могут заявить о необходимости модернизации и европеизации партии.

О тепле и роскоши

Бесспорно, большую часть жителей Украины куда сильнее, чем проблемы евроинтеграции и избирательного закона, волнует тепло в квартирах и тарифы на отопление. Именно эти факторы значительно сильнее способны повлиять на исход будущих парламентских выборов, чем любое изменение избирательной системы (выборы-то пройдут в самом начале отопительного сезона).

И здесь надо в качестве негатива отметить принятие ВР (правда, только в первом чтении) предложенных правительством изменений к закону «О теплоснабжении», о которых «2000″ недавно подробно писали. Тогда мы подчеркивали, что причина долгов теплокоммунэнерго в том, что государство не возмещает этим предприятиям разницу в тарифах. 18 ноября в парламенте во время правительственного часа об этом же сказал и министр регионального развития и ЖКХ Анатолий Близнюк:

«Однією з системних причин кризового стану підприємств житлово-комунального господарства є залежність галузі від цінової політики в паливно-енергетичному комплексі. Ми маємо енергетичну складову в теплопостачанні — 65 відсотків, а в водопостачанні — 30. Але з урахуванням того, що для «Теплокомуненерго» ціна в 1309 гривень (для населення, ви пам»ятаєте, я сказав, що це 800 гривень), то ми маємо неповне відшкодування. Сьогодні в складі теплопостачання відшкодовуються тарифом тільки 61 відсоток, а у водопостачанні — це 73 відсотки. Тому різниця в тарифах — це якраз те, що держава бере на себе, а населення сплачує 95 відсотків. Тому ми маємо проблеми з розрахунками якраз, виходячи з того, що є ця різниця в тарифах, яку на себе бере держава».

И уже через несколько часов после этого выступления состоялось обсуждение упомянутого законопроекта. И ни представлявший его замминистра энергетики Владимир Макуха, ни участники дискуссии из числа депутатов не вспоминали о словах Близнюка и не говорили, что этот документ по сути предлагает населению расплачиваться полухолодными батареями за долги государства. Печальный пример отсутствия интереса к важной социальной проблеме со стороны депутатов и неорганизованности внутри правительства.

А вот законопроект «О налоге на роскошь» так и не добрался до ВР. Минсоцполитики, правда, вывесило его на своем сайте для общественного обсуждения. Конечно, такое обсуждение полезно, а учитывая значение документа, неплохо вывесить его для аналогичной дискуссии и на сайтах правительства и ПР. Однако раз путем такого налога хотят ликвидировать дефицит Пенсионного фонда, то документ надо все же скорей подавать в парламент — чтобы с его учетом принимался и бюджет. До конца года ведь остался месяц.

Отметим, что высказанные в прошлом номере замечания как будто дошли до «регионалов». Они начинают закон комментировать и в целом его приветствуют. Но, увы, в обоих комментариях на партийном сайте — и Анатолия Кинаха, и Александра Стояна — звучит единственная конкретная мысль: такой закон надо вводить поэтапно.

Поэтому следует вспомнить совет Маккиавелли — дурные дела надо делать сразу, а благодеяния растягивать. Конечно, налог на роскошь для большей части общества — благодеяние, но для богачей, которые, в отличие от немецких и французских миллионеров, отнюдь не призывают к повышению налогов для себя, такой налог — явное «дурное дело». Поэтому лучше не растягивать процесс. Но комментарии Стояна и Кинаха как раз показывают, что под соусом поэтапности законопроект могут просто заболтать.

И если это произойдет, то власти можно будет уверенно поставить жирную «двойку».


Источник